Пролог Глава 01 Глава 02 Глава 03 Глава 04 Глава 05 Глава 06 Глава 07 Глава 08 Глава 09 Глава 10 Глава 11 Глава 12 Глава 13 Глава 14 Глава 15 Глава 16 Глава 17 Глава 18 Глава 19 Глава 20 Глава 21 Глава 22 Глава 23 Глава 24 Глава 25 Глава 26 Глава 27 Глава 28 Глава 29 Глава 30 Эпилог

Далеко в Туманных горах. Глава 27

  
  Дядюшка Укконен едва поспевал лететь за быстролапой Мирмикой. Сначала, правда, когда он только пустился следом за ней к лагерю ниелунтов, домовой подумывал о том, не превратиться ли ему в Мирмику, но решил, что возраст всё же не тот, и что он за ней не угонится. Лететь было проще и быстрее, и всё равно дядюшка Укконен с трудом не отставал.
  На вершину Кутсувамяки, где скрывались от чужих глаз домовой и олень, Мирмику привёл альбатрос. Велика же была радость дядюшки Укконена, когда он увидел белоснежную птицу, он наконец-то смог с ним договориться о том, чтобы к решающей битве альбатрос собрал воинство морских птиц. Но таким же огромным огорчением сменилась она, едва домовой сумел разобраться в сумбурном рассказе Мирмики.
  В плен попали Марта с Пиксой, и если их не освободить - сражение не состоится. Кроме того, ужасная опасность угрожает Майклу и его друзьям - они тоже могут оказаться в плену.
  И домовой немедленно поспешил за Мирмикой к лагерю троллей и зеленоглазых. Плана действий у него никакого не было, потому что не было времени как следует подумать, а летел он так быстро, что мысли просто не успевали выстроиться и беспорядочно порхали у него по голове.
  Светила полная луна. Волшебный свет лунного месяца заливал притихшую землю, но даже он не мог разогнать мрак под сводами чёрных елей.
  Домовой летел над голубыми в лунном свете еловыми верхушками. Серебристыми искрами сверкали на них отдельные иголочки, ниже царила непроглядная тьма.
  Мирмика мчалась по верхним еловым лапам лёгкой, чуть взблёскивающей тенью. Шелковистая шерсть струилась светлыми полупрозрачными прядями.
  Но как ни быстро неслись они по чуткой ночной тишине, гораздо раньше их успела вскарабкаться в самый центр небосвода луна, и Птица-полночь пронесла в бледных облаках свои невесомые крылья. Ночь вступила в полные права, но уже направляла свои стопы прочь от приближающегося рассвета. Мягко и тревожно взмахивали лучами-ресницами яркие летние звёзды.
  Вслед за Мирмикой пересёк дядюшка Укконен голую равнину перед спуском к пещере таргитов и затаился в кустах надо обрывом.
  Часовой-ниелунт, громко и с присвистом храпя, спал под большим валуном, но внизу, перед входом в пещеру, горели сотни глаз шестипалых. Вот тут-то и пришла домовому пора подумать.
  "Я, конечно, могу стать невидимкой, - пустился в рассуждения дядюшка Укконен, - но что толку, я ведь не знаю того хода, которым пойдут малявки, а ниелунты наверняка уже туда ушли. Мне их не найти".
  - Ну, чего ты сидишь? - нетерпеливо прошептала Мирмика. - Сделай что-нибудь!
  - Подожди, - отмахнулся домовой.
  "Если же отправиться спасать Марту с Пиксой, - продолжал размышлять он, - то Мирмика, конечно, покажет мне дорогу, но я не смогу открыть кладовую гномов, не зная заклинания. Чтобы пробраться в неё, мне нужен гном, который его знает".
  Ситуация складывалась печальная. По сути своей он совершенно ничего не мог сделать в одиночку и даже вместе с Мирмикой.
  - Опять летит, - прошептала Мирмика, подняв к небу мордочку.
  Домовой глянул вверх.
  Призрачным голубым силуэтом, плавно взмахивая крыльями, к ним опускался альбатрос. Что-то непонятное было в его полёте, он летел тяжело и низко, словно был ранен.
  "Что случилось?" - тревожно подумал домовой. Альбатрос нёс что-то в клюве. Дядюшка Укконен вгляделся и изумлённо охнул. Словно по заказу в клюве альбатроса болтался гном.
  Птица бесшумно опустилась перед застывшим от изумления дядюшкой Укконеном и вполне себе счастливой Мирмикой.
  - Можно было бы и поосторожнее, - пробурчал Лемпи (это был, конечно, он), поправляя перекосившуюся куртку.
  - Ты же сам захотел в клюве, - откликнулся Ольдэк.
  И он, а следом за ним и малявки, быстро скатились по подставленному крылу альбатроса к ногам утратившего дар речи домового.
  Альбатрос тут же взлетел. "Постой!" - кинулся за ним эльф, но таинственный крылатый странник растворился в тенях облаков.
  Майкл-Шотландец неспешно подошёл к дядюшке Укконену.
  - А вот и мы, - улыбнувшись от уха до уха, сказал он. Домовой хранил гробовое молчание. Глаза его не торопились вернуться в свои орбиты.
  - Ну, чего ты? - осторожно подёргал его за полу одежды Майкл, - Можно, я представлю тебя тем, кто тебя не знает?
  - А... гр-р-р... Кх-м! - ответил дядюшка Укконен, подавившись собственной бородой.
  Изумлению его не было предела, и прошло не менее получаса, пока он поверил в реальность происходящего. И даже когда домовой уже пожал чёрную лапу отчего-то засмущавшегося Стена, и стиснул руку восторженно глядящего на него Лемпи, и бережно рассадил у себя на коленках всю компанию, он ещё никак не мог опомниться.
  Майкл-Шотландец поспешил придать своему лицу официальное выражение.
  - Я полагаю, - неторопливо начал он, - что сейчас самое время продолжить наш прерванный маршрут...
  - Нет, стоп, - обрёл наконец голос дядюшка Укконен. - Как вы сюда попали? Вот она сказала, что вас хотят взять в плен.
  - Ага, - кивнула Мирмика, высунувшись из-за спины домового. - Сам вредный чёрный, который орёт, повелел вас поймать.
  Маленькие путешественники весело переглянулись. Эльф скромно потупился и махнул рукой.
  - Почти поймали, - сказал Майкл, посматривая на него. - Нам удалось спастись...
  - Но это уже в прошлом, - поспешно перебил его Ольдэк. - Лучше скажи, что вы делаете возле лагеря таргитов?
  Домовой потерянно почесал в затылке.
  - Да вот, понимаешь ли, - ответил он. - Эта растяпа утверждает, что шестипалые поймали Марту и Пиксу и заперли в заговорённой кладовой.
  - Так что же мы сидим! - вскричал Майкл, вскакивая на ноги.
  - Не шуми, - остерёг его дядюшка Укконен. - Я уже думал, как бы это получше сделать. В заговорённую гномью кладовую просто так не проникнешь. Вот ты, - он обратился к Лемпи, - сумеешь её открыть?
  - Не знаю, - нахмурился гном. - Для этого я должен её увидеть. Если это кладовая, которую заговаривали при Теллерво Бородатом, то не смогу.
  - Я возьму тебя с собой, - предложил дядюшка Укконен. - Я стану невидимкой и пронесу тебя под одеждой, а Мирмика покажет нам дорогу.
  - А мы поднимем шум вон в том краю ложбины, - сказал Майкл. - Если вы сможете открыть кладовую, то пусть Мирмика выйдет с еловой веткой в зубах, тогда мы отвлечём ниелунтов, и вы сможете пробежать в тот проход. А если нет, то немедля возвращайтесь. Встретимся на вершине Колью, ты знаешь её, Лемпи?
  Гном молча кивнул. Дядюшка Укконен осторожно подхватил его и опустил к себе за пазуху, в следующий момент домовой побледнел, словно бы поистёрся, и на глазах у всех растаял в воздухе.
  - Ну, пошли, - прозвучал его голос.
  Мирмика судорожно сглотнула, такого ей видеть ещё не приходилось, а когда что-то невидимое уверенно взяло её за холку и повернуло носом к лагерю таргитов, лапы её второй раз за этот вечер подкосились.
  "Не слишком ли много переживаний для одного дня?" - думала она, осторожно спускаясь с откоса и ощущая рядом с собой что-то большое и тёплое. Согласитесь, весьма здравая мысль для Мирмики, не правда ли?
  Малявки и эльф проводили её взглядами до самого входа в пещеру, а потом собрались идти на другой конец ложбинки.
  - Стойте, - вдруг остановил их Майкл, раскинув руки, - тихо!
  Они застыли как вкопанные, вслушиваясь в тишину. Мир полнился ночными шорохами: шелестели травы, низкий гул спускался на землю от крон деревьев, звенели звёзды, но ничего страшного и подозрительного не было в лёгком дыхании ночи. Только храпел под ивовым кустом часовой-ниелунт, которого ничто бы сейчас не смогло разбудить.
  - Шаги, - сказал Майкл-Шотландец.
  - Тебе послышалось, - возразил Стен.
  - Да нет же, - качнул головой Майкл. - Тяжёлые и мягкие, словно шёл кто-то огромный и шёл крадучись.
  - Таргит? - взволновался Ольдэк.
  - Нет, - ответил Майкл, - нет, гораздо больше таргита и тяжелее, и мне кажется... Мне кажется, это был неуклюг.
  - Это тебе только кажется, - усмехнулся Стен-Без-Промаха. - Идёмте-ка лучше, а то провороним сигнал.
  Майкл пожал плечами и зашагал вдоль края обрыва, его спутники поспешили следом за ним.
  Затаиться здесь было негде, если только лечь на землю, что они и сделали.
  - Как, хотелось бы мне знать, мы поднимем шум? - сердито проворчал Стен. - Встанем, что ли, во весь рост и заорём "Мы здесь!"? Так они нас в два счёт переловят.
  Майкл сосредоточенно сопел носом. Придумать он ничего не мог. Нельзя же, в самом деле, так глупо выдать себя врагам, но как заставить их побежать сюда, и при этом самим не попасться в лапы ниелунтов?
  - А может кинуть что-нибудь вниз? - предложил Ольдэк. - А потом убегать.
  - Глупо, - буркнул Стен. - Они побегут следом и поймают нас. И при этом побегут не все, а только часть, остальные всё равно будут караулить проходы.
  - Надо выстрелить из лука, - решительно сказал Майкл. - Когда они увидят стрелу, то соберутся все вместе, чтобы решить, что делать, а когда кинутся в погоню, то будут опасаться и бежать не слишком быстро.
  Стен скривил физиономию, в голосе его зазвучала насмешка:
  - Майкл, ты сам-то понял, что предложил? Сдаётся мне, ты совсем забыл, каковы на деле ниелунты.
  - Ну и придумай сам что-нибудь получше, - надулся отважный малявка.
  Стен только вздохнул в ответ. Придумать он ничего не мог.
  - Знаете что, - сказал им Ольдэк. - Всё равно ведь ничего лучше не выдумаете, так сделайте пока лук, а то к сигналу мы будем не готовы.
  Стен невесело усмехнулся, покачивая головой, и всё же достал свою старую проверенную финку.
  А дядюшка Укконен беззвучно крался вслед за Мирмикой по тёмным подземным коридорам. Сначала они довольно успешно миновали полуосвещённые залы и переходы, в которых толпились ниелунты. И если не считать того случая, когда какой-то неимоверно потрёпанный ниелунт с воплями "Туукуты! Туукуты!" с маху врезался в домового и, ничего не заметив, побежал дальше, то эту часть пути они проделали успешно.
  В дальних ходах никого не было, ни ниелунты, ни их хозяева не любили гномьих лабиринтов, где любой из них мог в два счёта запутаться. Мирмики в этом плане очень хорошо устроены, и кто бы мог подумать, что такое безалаберное существо может с первого раза запомнить дорогу (но, конечно, только если очень надо).
  Мирмика быстро довела дядюшку Укконена и Лемпи до заговорённых каменных дверей. Домовой осторожно спустил гнома на пол, теперь всё зависело только от его искусства.
  Лемпи подошёл к двери и прижался к ней ухом. Довольно долго он стоял с закрытыми глазами, а потом огорчённо покачал головой и принялся шарить по двери руками.
  - Ну что? - шёпотом спросил домовой.
  Вязкая тишина пещеры словно нарочно приглушала звуки и говорить громко совершенно не хотелось.
  - Плохо, - так же шёпотом ответил Лемпи. - Я не слышу заговоренных голосов, значит, эту дверь запирали как-то иначе, но я не могу нашарить тайной резьбы. Неужели эту дверь всё-таки заговаривали при Теллерво Бородатом?
  Мирмика прижалась к двери ухом. Холод камня чувствовался даже сквозь густую шерсть. И вдруг ей почудилось...
  - Стучат, - сказала Мирмика. - Наверное, они услышали, что мы здесь.
  - Сквозь заговорённую дверь ничего нельзя услышать, - возразил Лемпи.
  - А ты послушай. Вот опять. Опять, - отозвалась Мирмика, прижимаясь поплотнее к двери.
  Лемпи последовал её совету, и лицо его внезапно расплылось в улыбке.
  - Ах, я болван, - пробормотал он и поспешно достал свой молоточек.
  Ещё с минуту гном постоял, чутко вслушиваясь, а потом отступил на шаг и, пристукивая в такт себе молоточком по камню, произнёс такие слова:
  
  Раз, два, три, четыре, пять,
  Туки-тук, туки-тук,
  Двери нужно отворять,
  Услыхав заветный стук.
  Камень тайный, камень-глаз,
  Раз, два, три, раз, два, три,
  Ты, услышав мой приказ,
  Быстро двери отопри.
  
  Непонятно откуда, но у всех у них появилось тягостное ощущение, что на них действительно смотрит внимательный и не очень добрый глаз.
  - Неприятно, - вздохнул Лемпи, - Но что поделаешь. Сторожевые заклятья гномов, они такие...
  А потом каменная плита со скрежетом пошла в сторону. Из-под неё дохнуло могильной сыростью.
  - Это дверь, заговорённая особым стуком, - продолжил Лемпи, отодвигаясь поближе к домовому. - Её секрет я, к счастью, знаю.
  - Действительно, к счастью, - воскликнул дядюшка Укконен, увидав в дверном проёме две скукоженные жалкие фигурки.
  - Хозяин, - недоверчиво прошептала Марта, поднимаясь с пола, и звучно раскатисто чихнула.
  Мирмику, вышедшую из пещеры с еловой веткой в зубах, малявки и эльф увидели одновременно. "Вот дурёха, колючки ест", - закричал внизу кто-то из шестипалых, а остальные дружно захохотали.
  - Пора, - шепнул Майкл и, взяв лук, склонился вниз над самым краем обрыва.
  Стен на четвереньках подполз к нему сзади, сжимая наготове финку. Он не сомневался, что ниелунты тут же кинутся за ними в погоню. Острие стрелы смотрело точно в грудь одного из врагов, но выстрелить Майклу так и не пришлось.
  Откуда-то с другого конца ложбинки послышался такой ужасный вопль, что даже у малявок кровь заледенела в жилах.
  Сидевшие внизу ниелунты повскакивали и с гвалтом ринулись туда. А там, над обрывом, в том самом месте, где лишь совсем недавно они держали совет с Дядюшкой Укконеном, возвышалась неясная расплывчатая тень. Эта тень подняла над своей головой что-то огромное и с грохотом обрушила в ложбину.
  Истошно заорали передовые отряды ниелунтов, карабкавшихся вверх по склону. Их снесло вниз в лавине камнепада. Но бегущие вслед за ними и не думали останавливаться, ошалело рвясь вперёд по катящимся камням, по телам своих товарищей к неясной тени над обрывом.
  Всё это длилось лишь несколько мгновений. Словно во сне видели малявки и эльф переполненную ниелунтами ложбину, прижатую к стене Мирмику с круглыми от ужаса глазами, таргитов, с криками выбегавших из пещеры, и высокую тень на фоне звёздного неба.
  Потом тень стала отодвигаться назад, сливаясь с мраком ночи, а вслед за ней неслись ниелунты и таргиты.
  Спустя минуту на полянке перед пещерой никого не было, если не считать Мирмики, и тогда из пещеры выбежали дядюшка Укконен и Марта с Пиксой.
  - Сюда! - закричал им опомнившийся Майкл.
  Домовой и пленницы не заставили себя долго упрашивать. Быстро поднявшись по пологому склону, они присоединились к своим друзьям.
  - Это вы устроили такой шурум-бурум? - тяжело отдуваясь спросил дядюшка Укконен. - Ниелунтов из пещеры как ветром выдуло.
  - Если бы, - отозвался напряжённо вглядывающийся в темноту на том краю ложбинки Стен. - Хотелось бы мне самому узнать, кто учинил всё это представление.
  - И мне, - эхом откликнулся Ольдэк. - Там опять парил альбатрос.
  - Да объясните же мне, что случилось! - воскликнул домовой.
  Малявки и эльф стояли молча, не отрывая глаз от той тёмной полосы леса, откуда доносились крики ниелунтов. От волнения они не могли стронуться с места.
  - Мы сами ничего не понимаем, - пробормотала Зу-малявка, силясь подавить дрожь. - Там был кто-то такой огромный, он кинул в ниелунтов огромный камень, и все они побежали за ним.
  - А теперь возвращаются, - сказал Майкл.
  Шум и гвалт, откатившиеся под полог сумрачного леса, и вправду приближались, но теперь в них слышались вопли ужаса. Казалось, неведомый, смертельно испуганный зверь, нёсся напролом сквозь чащу. Встревоженная ночь робко смотрела на землю слабо помигивающими звёздами, и чем сильнее становились крики ниелунтов, тем тише и затаённее делалась природа, словно норовя укрыться за тишиной от неведомой опасности.
  - Их немного, - заметил Стен. - Убегают струсившие, а остальные там, и там идёт битва.
  - Много их или немного, нам лучше побыстрее отсюда уйти, - нервно поправляя свою одежду, сказал дядюшка Укконен.
  Сбившиеся в жалкую кучку за его спиной Марта, Пикса и Мирмика подавленно молчали, но и одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять: они считают также, как и домовой.
  Но в малявках и их друзьях, наоборот, проснулся боевой дух.
  - Я должен понять, что там происходит, - твёрдо сказал Майкл. - Вы можете идти к Кутсувамяки, а я пойду туда.
  - Вот ещё, куда это мы без тебя пойдём, - недовольно буркнул Стен.
  Зу-малявка лишь свирепо фыркнула, а эльф решительно взялся за рукоятку меча. Гном торопливо закатывал рукава.
  И в этот момент несколько ниелунтов скатились вниз с обрыва и кинулись к пещере. Оборванные и истерзанные, они надеялись найти там спасение, но не тут-то было.
  Тут же, крича ещё громче, чем раньше, они кинулись прочь от пещеры, а за ними гнались криволапые туукуты.
  - Ох, бедняги, - вздохнул эльф, не отпуская впрочем меча, - боюсь, что это те самые туукуты, котрых я разозлил.
  - Те или не те, - ответил Стен, поднимая лук, - а встречаться нам с ними совсем ни к чему. Да и ниелунтам, пожалуй, стоит помочь, им уже сегодня и так досталось.
  Тонко просвистела тетива, и один туукут рухнул бездыханным. Остальные криволапые тут же кинулись туда, откуда прилетела стрела. И туда же, спасаясь от грозных криволапых, побежал последний ниелунт.
  Но не зря Стен-Без-Промаха носил своё прозвище. Ни одной стрелы не потратил он даром. Последний туукут упал на середине склона, а израненный ниелунт упал к ногам Стена.
  Он уже умирал, это было видно и так. Зелёные глаза потускнели, жёсткая шерсть слиплась кровавыми сосульками, слабо подёргивались тонкие лапы. Длинные рубцы от когтей туукутов тянулись через всю его шкуру.
  - Неуклюг... - прохрипел умирающий. - Неуклюг... Неуклю...
  Кровавая пена выступила у него на губах, глаза безумно расширились и закатились.
  Эльф молча прикрыл лицо мёртвого ниелунта листом папоротника.
  - Печальная смерть, - мрачно сказал Стен. - Идёмте отсюда.
  Никто не стал с ним спорить.